vladana

28.09.2009, рубрика "Чехия, Экскурсии"

Pražský hrad - город в городе, центр Чехии, резиденция чешских королей, императоров Священной римской империи, президентов Чехословакии и Чешской Республики, хранитель драгоценностей короны Богемии и главная «мишень» всех туристов. Попасть сюда можно разными путями: и через нарядную, кокетливую улицу Нерудова (ах, уж эти пражские улочки, спорящие о своей красоте и важности, прихорашивающие свои каменные недры, щеголяя новыми замками на своих дверях и подмигивая запозднившимся привидениям предрассветными бликами окон), или поднявшись по Замковой лестнице (может быть именно у вас получиться пересчитать все 209 ступеней), а возможно посчитать 101 ступеньку захочется на Старой Замковой лестнице ну и самый простой – отправиться в небольшое путешествие на пражском трамвайчике, что идут от метро Malostranská по улице-серпантин Хотковой.

Первое здание в Пражском Граде появилось в 880 году – деревянный дворец, вокруг которого выросло деревянной городище, в свою очередь которые через сто лет сменились на каменные, а в итоге разбушевавшийся пожар, нередкое в те далекие времена явление, превратил все постройки в руины и пепелище. И лишь в 14 веке Карл IV начал восстановительные работы.

А на месте княжеского деревянного дворца в наше время можно увидеть Старый королевский дворец, который также перестраивался, расширялся, изменялся и перемешал в себе холодную готику и лаконичный романский стиль. Именно здесь жили чешские князья и короли, проводили многолюдные пиршества и рыцарские турниры во Владиславском зале, а закрытый коридор, ведущий от здания к собору святого Витта, позволял царствующим особам присутствовать на службах, располагаясь на собственном балконе в церкви. Сейчас во Владиславском зале проводят выборы президента Чешской Республики.

Приложила к облику Пражского Града свою руку и Великая Мария Терезия, не размениваясь на мелочи, украсила парадный вход скульптурными группами каменных гигантов, которые разминаются ножом и дубинами, приглядывая за почетным караулом президентской гвардии. Бравые молодцы ежечасно демонстрируют специально отработанную выправку при смене караула.

И, конечно же, сердце Пражского Града гордо взвилось к небесам и молчаливо позволяет любоваться своей готической мощью – собор святого Витта. Как только первые сумерки касаются шпилей величественного собора, Прага погружается в свои колдовские грезы, выпуская в мир чешскую чертовщину, а ехидные горгульи, серебрясь и нежась в отблеске заезд, недовольно бормочут что-то вслед припозднившимся туристам, и замирают в вековом ожидании следующей ночи.

Интересно, что бы сказала Мария Терезия, взирая на пражскую нечисть в своем королевском граде? Впрочем, великая сударыня Чехии всегда была лояльно настроена по отношению к колдунам, не зря ведь отклонила закон о казни ведьм. И в то время как по остальной Европе пылали хищные костры инквизиции, где нечисть коптила свои бока, в Чехии ведьм старательно переписывали, взвешивали все заслуги и провинности и либо высылали к чертям из Праги, либо селили в отдаленные провинции (на сегодняшний день это отдаленные районы Праги).

А призраки заняты очередным спором - сколько башен на самом Граде? Две башни костела св.Иржи и романская Черная башня, около трех башен кафедрального собора, потом тройка башен, что укрепили оборону Града с севера (Делиборка, Белая башня, Мигулка). Башня бургграфства на Граде, да в стене самого Града сохранились три романских башни. С юга закрывает башня, замурованная в Старом королевском дворце, на западе романская Епископская башня. Призраки ссорятся, суетливо шумят, эхом рикошетит склянка старого дорого абсента, и вздрагивает Град, недовольно укутывая в сиреневый туман свои тайны, а хищный ветер Демонов подхватывает звуки скрипки из башни и уносит за собой, туда за Олений ров, огибая Карлов мост, туда мимо Тынского собора, туда вдоль уютных трактиров, где пениться молодое пиво в глиняных кружках, туда, где задумчиво застыл святой Влацлав, а прекрасная Либуше угощает черного кота лунным молоком.

Олений ров (Jeleni prikop), что проходит вдоль Пражского Града, охраняют три башни, одна из них известна как Делиборка, в которую был посажен рыцарь Делибор и удостоил башню своим именем. По легенде, за долгое время пребывания в тюрьме рыцарь выучился играть на скрипке, и местным жителям так понравилась музыка, что они начали приносить Далибору еду. Однако, как говорит сухая история – скрипкой была дыба, а струнами, соответственно, веревки этого орудия пыток. Помимо рыцаря в темнице побывало более 600 заключенных – чешских дворян и влиятельных горожан.

Чуть западней от Делиборки стоит круглая башня – Белая. Свое название она получила в 16 веке, и также два столетия славилась как государственная тюрьма, в которую отправляли провинившихся против государственного, либо церковного порядка чехов. Периодом полной загрузки Белой башни стало сословное противостояние, а один из политических заключенных совершил самоубийство, по дороге на допрос он спрыгнул в Олений ров.

Последняя в ряду ягеллонского укрепления башня Мигулка, тоже послужившая какое-то время тюрьмой, где заключенных держали глубоко под землей. Но в 16 веке четырехэтажная башня превратилась в лабораторию для опытов с новым оружием и порохом.

Еще одна Белая башня – остаток от укрепления 12 века, сохранившаяся до 16 метров в высоту, в крыле Града, что разделяет Второй двор от Третьего. Эта башня также кроме оборонительных и укрепляющих функций известна как первоначальная государственная тюрьма. Несколько севернее Белой башни в крыле Града сохранились остатки Епископской башни, она же Математическая башня.

Черная башня, с восточной стороны Града, свое название получила после пожара в 16 веке, когда стены башни потемнели от копоти и дыма. Единственно сохранившаяся до нашего времени башня соседствует со зданием высшего бургграфства (бургграф — чиновник, замещавшего короля), поэтому сооружение использовали в качестве тюрьмы этой организации, а под башней для исполнения воли короля был устроен эшафот. По этой причине Черную башню называли как бургграфской, так и «Башня должников», так как в 16 веке в тюрьму направляли нерадивых должников.

И последние две башни на храме св.Иржи, разные по высоте, а левая наклонена на 40 сантиметров к северу. Различие в башнях объясняется символикой из Старого Завета – более широкая представляет Адама, более узкая башня – Ева.

Светает, и пражские призраки с неохотой разбредаются, украдкой поглядывая на затуманенное предрассветное небо. Пробегают по своим мистическим делам пражские ведьмы, обсуждая только, что услышанные печальные и жутко романтические истории от Потомка Черт-Знает-Кого. Стрелки главных астрологических часов дрожат, отсекая последние мгновения ночи, а Прага разгоняет по каплям Время в своем каменном сердце, горделиво следя за своей нечистью, закрывая за массивные двери до следующей ночи мир наваждений, чешских легенд и преданий, стирая из памяти богемские сны о мистических героев. Утренний трамвайчик развозит уставших магов по старинным домам, в глазах которых пылают адские пожары, древние заклинания и изумрудный абсент.

А в Пражском Граде черный кот с интересом рассматривает свое отражение в лужице, обреченно лежащей на краю каменной мостовой неподалеку от Львинного фонтана, и медленно обходя лужу со всех сторон, в который раз задает себе вопрос «как же выловить ту большущую рыбину, на которой топчется каменный здоровяк с кошачьей мордой?»